Соглашение для «посадки»?

Автор Агентство "Витязь". Рубрика Журналистские расследования

Некогда родилось в Республике Казахстан такое явление, как процессуальное соглашение. Сколько было восторженных сообщений по этому поводу. А в итоге, реалии кажутся нам достаточно, если уж не пугающими, то настораживающими. Не станет ли возможно использовать данное соглашение, чтобы посадить человека «за решетку»?

Изучение законодательства и различных нюансов при заключении процессуального соглашения, в совокупности с молчанием государственных органов, натолкнуло нас на мысль о возможности злого умысла. В принципе, следующий раздел будет интересен только тем, кто хочет узнать, что за «фрукт» такой – это самое процессуальное соглашение. Если неинтересно, можете смело его пропустить, перейдя сразу к тому, как мы избавились от Иванова. Остальным поясняем, как…

…уголовно-процессуальный Кодекс говорит, что…

…процессуальное соглашение – соглашение, заключаемое между прокурором и подозреваемым, обвиняемым или подсудимым на любой стадии уголовного процесса или осужденным.

Процессуальное соглашение заключается в двух формах: сделке о признании вины, кроме особо тяжких преступлений, и в форме соглашения о сотрудничестве – по всем категориям преступлений, при способствовании раскрытию и расследованию. Обращаем внимание, что заключение любого из этих соглашений не освобождает от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшими и гражданскими истцами!

Ходатайство о заключении процессуального соглашения вправе заявить подозреваемый, обвиняемый, осужденный (соглашение о сотрудничестве) или оправданный (соглашение о сотрудничестве). Либо они вправе выразить свое согласие, когда им будет оно предложено. Заметьте, это право, а не обязанность!

Основаниями для отказа в заключении процессуального соглашения о признании вины являются невменяемость в момент совершения деяния или психическое расстройство после его совершения, а также, если хотя бы один потерпевший против заключения соглашения о признании вины, поскольку потерпевший лишается права, в дальнейшем, изменять требование о размере возмещения ущерба.

В процессуальном соглашении о признании вины обязательно вписываются вид и размер наказания, о котором будет ходатайствовать прокурор перед судом. В обоих случаях должно быть выяснено: добровольно ли заключено процессуальное соглашение о сотрудничестве и осознают ли его правовые последствия лица, его заключившие?

При этом если с подозреваемым, обвиняемым или подсудимым заключено процессуальное соглашение, суд или орган уголовного преследования вправе выделить из уголовного дела в отдельное производство дело в отношении данного лица.

В судебном заседании при согласительном производстве участвуют прокурор, подсудимый и защитник. Потерпевший, гражданский истец и их представители участвуют при необходимости, которая определяется судом.

В процессе выясняется позиция подсудимого, мнение защиты и прокурора относительно процессуального соглашения. Затем, суд выясняет у подсудимого сроки для исполнения судебного акта в части имущественных взысканий, предусмотренных в соглашении, семейное и материальное положение.

По делам, связанным с заключением процессуального соглашения, судебные прения не проводятся, последнее слово подсудимого не произносится.

Затем суд удаляется в совещательную комнату. Если суд не выявил никаких нарушений – выносится обвинительный приговор с назначением наказания, решением по гражданскому иску и другим взысканием в соответствии с процессуальным соглашением. Суд апелляционной инстанции, если было заключено процессуальное соглашение, проверяет законность только в пределах данного соглашения.

Избавиться от Иванова!

И вот теперь мы подходим к самому главному: как мы бы построили схему следствия и суда, если бы, при наличии такой нормативной базы, расследовали бы и судили людей? Для примера берем несколько персонажей – Иванова, Петрова и Сидорова – гражданских лиц, Следователя, Прокурора, Судью.

Итак, мы поручаем Следователю упечь за решетку некоего Иванова. Он нам надоел, хуже редьки. Следователю даем вводную: Иванов «тусуется» с Петровым и Сидоровым. На Иванова ничего у нас нет, но Петров с Сидоровым были замечены, допустим, в сбыте наркотических средств. Следователю ничего другого не остается, как дождаться удобного случая. И вот, оба героя у нас «в руках».

Допустим, за сбыт наркотических средств им грозит максимальный срок. Они в трансе, льют слезы и умоляют о пощаде. Следователь обещает помочь. И уведомляет Прокурора о том, что есть возможность заключить процессуальное соглашение.

Пара дней в Следственном изоляторе с ежедневными беседами с оперативными работниками, и Петров с Сидоровым готовы заключить процессуальное соглашение о признании вины и сотрудничестве. Им обещают минимальный срок. Но, они должны рассказать все о своем руководителе организованной преступной группы – Иванове – который жил себе, ничего не подозревая, пока его не закрыли в соседней камере.

Вскоре процессуальное соглашение готово. Оба его подписывают. Ставят автограф и их адвокаты, которым меньше хлопот на следствии и суде, а деньги будут в кармане. Одно дело ОПГ «Иванова» дробим на три – дело Иванова, дело Петрова, дело Сидорова. Два отдельных дела направляются в суд.

Судья выясняет: добровольно ли заключено Петровым и Сидоровым процессуальное соглашение? Знают ли они о последствиях заключения процессуального соглашения? Оба талдычат: «Добровольно…. Знают….» Но, все их знания ограничиваются словами, да еще закорючкой-подписью, которая стоит под строкой о разъяснении последствий заключения процессуального соглашения. Как в административном производстве: ткнул инспектор пальцем туда да сюда – подписали, а потом оказалось, что и права вам разъяснили, и вину вы признаете, и чистосердечно раскаиваетесь в том, что писались в кроватку в младенческом возрасте….

В процессуальном соглашении Петрова и Сидорова мы пишем, что они действовали под руководством и под диктовку Иванова, который и обеспечивал их наркотическими средствами, и организовывал доставку этих средств, и определял точки сбыта. Они в деталях опишут автомобиль «Газель», на котором привозили героин в мешках из-под картошки. Полный кузов полных мешков героина. И получат за помощь следствию минимальный срок, либо наказание, не связанное с лишением свободы вообще.

А мы, «потирая руки», беремся за Иванова. Показываем Иванову два вступивших в силу приговора, в котором детально описаны его преступления. И повествуем о том, что и Иванову неплохо бы заключить процессуальное соглашение, да направиться на принудительный отдых на пару лет, чтобы не мешать автору этих строк.

Но, Иванов упертый – не соглашается. Ведь он не в курсе ни о делишках Петрова с Сидоровым, ни о мешках с героином, а «Газель» у него есть – он на ней картошку возил на рынок. Придется следователю произвести осмотр «Газели». А кузов помыт: «Следы заметал?». А мешков нет: «Избавился?» А героина нет и подавно: «Знаем, Сидоров весь распродал». А деньги на счету лежат: «Не копил ты на черный день. Это Петров тебе перечислял, за сбытый героин».

И мы направляем дело в суд. Тот же Судья знает норму уголовно-процессуального закона о том, что не требуют доказательств обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом. А в обоих вступивших в силу судебных актах мы сами видим, что написано. А у Иванова нет денег на нормального адвоката. Хватило только на Добермана, который деньги в карман сложил, да протер брюки, в суде заседаючи. И пошел наш Иванов на длительный срок за создание ОПГ, за сбыт наркотических средств, и за то, что мешал автору статьи.

А жаль. Была бы наша воля, мы бы его «дожали» на процессуальное соглашение, а в него еще добавили бы малую строчку: «Дозволяю расстрелять меня в подвале областного суда после вступления приговора в силу». И все – нет больше Иванова.

Реалии уголовных дел

То, что мы описали – конечно, утрированно. Но, спустимся из «туч горестных мечтаний» и обратим взор на «грешную землю»: на дело Виктора Мая, заместителя начальника Управления государственных доходов Усть-Каменогорска, взятого под арест 15 октября 2015 года и до сих пор находящегося в Следственном изоляторе, в то время как часть лиц, названных его соучастниками, уже получили приговор.

В Постановлении сказано, что с 1992 года по день ареста Виктор Май приобрел существенный опыт и навыки, завел связи в предпринимательской среде, а в 2010 году создал организованную преступную группу с преступной специализацией «лжепредпринимательство». Далее, он обзавелся сообщниками, часть из которых была в его зависимости, распределил роли, а сам, соблюдая конспирацию, оставался «в тени».

25 лжепредприятий использовались для оказания услуг предприятиям, в уклонении от уплаты по налогу на добавленную стоимость и корпоративному подоходному налогу. Ущерб государству оценен в 17 739 921 201 тенге. Среди соучастников указаны некие Иванова и Александров, в дальнейшем заключившие процессуальные соглашения. В отношении них дело было выделено в отдельное производство.

 Суд пишет: «Согласно процессуальному соглашению в форме сделки и признания вины от 26.10.2015 г., жители г.Усть-Каменогорска Александров М.Н. и Иванова Г.А., встали на путь совершения тяжких корыстных преступлений в сфере экономической деятельности при следующих обстоятельствах». А далее начинает расписывать все действия Виктора Мая, который к данному судебному процессу по уголовному делу никакого отношения не имеет – ведь их дело было выделено в отдельное производство.

Статья 77 Конституции Республики Казахстан гласит: «лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда». В нашем же случае, заочно, Виктор Май как бы уже признан виновным, поскольку во вступившем в силу приговоре суда во многих абзацах указана его личность, как создателя ОПГ с описанием его преступных деяний. Или, мы ошибаемся?

Мало того, в тот же период, когда было произведено задержание, в отношении Виктора Мая было написано множество публикаций со ссылкой на официальный сайт Комитета государственных доходов Республики Казахстан. Это разве не нарушение норм статьи 77 Конституции? А теперь представьте, если доказательств его причастности к преступной группе не будет добыто, какую сумму ему потребовать от государства за период нахождения под арестом и за ущерб его репутации от публикаций? Вдруг будет теперь использована норма закона о том, что не требуют доказательств обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом?

Приговором суда №2 Усть-Каменогорска М. Александров и Г. Иванова были осуждены к ограничению свободы на 7 лет с конфискацией имущества и пожизненным лишением права заниматься предпринимательской деятельностью.

Как мы поняли, все описание преступной группы взято из процессуального соглашения. И в нем, и в приговоре отражена деятельность того, в отношении которого судебный процесс еще не начинался. Публикации втоптали в грязь фамилию Май еще «на расцвете» уголовного дела. А прокуратура молчит. Почему?

Мы адресовали в прокуратуру Восточно-Казахстанской области и Департамент государственных доходов по ВКО запрос:

«Изучение ситуации вокруг уголовного дела дает основание полагать, что следствие, заключая процессуальные соглашения, пытается осудить в дальнейшем Май на основании статьи 114 УПК РК (Обстоятельства, устанавливаемые без доказательств, на основании вступившего в силу приговора). Действительно ли вы пытаетесь добиться приговора в отношении Май таким способом? В противном случае, почему в приговоре по делу Александрова везде фигурирует фамилия Май, в нарушение презумпции невиновности (статьи 77 Конституции и 19 УПК РК)?

Почему вами не вызывались и не допрашивались предприниматели, указанные в перечне приговора по делу Александрова, а просто были указаны «толпой»?

Не планируете ли вы в будущем судебные процессы организовать по принципу 1930-40-х годов, используя метод «цепной реакции» по доносам от подследственных с целью получения от них информации в отношении прочих лиц?

Кто позволил выдавать в СМИ публикации с указанием фамилий задержанных с формулировками об окончательных выводах об их деяниях, без вступившего в силу приговора, в нарушение норм статьи 77 Конституции?

Осознаете ли вы, что нарушение презумпции невиновности производит «откат» юриспруденции РК в прошлый век, тем самым провоцируя нагнетание обстановки и революционные движения?»

На запрос поступил ответ из прокуратуры: «Запрашиваемые вами сведения противоречат интересам расследования и напрямую затрагивают права и законные интересы участников процесса». ДГД ВКО ссылается на прокуратуру.

Так мы и не отрицаем, что запрашиваемые сведения затрагивают права и интересы. Только не участников процесса, а всех граждан страны. Кто даст гарантию, что наши фантазии не будут реализованы в жизни? А ведь мы еще не спрашивали, будет ли подан иск в отношении каждого, кто заключает процессуальное соглашение? Ведь заключение любого из процессуальных соглашений не освобождает от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшими и гражданскими истцами! 17 миллиардов, если «раскидать» на каждого – ох, тяжко будет возместить! Особенно с учетом пожизненного запрета на занятие предпринимательской деятельностью.

Тем временем выделяются дела и по иным участникам. А из Генеральной прокуратуры, на жалобу, поступил ответ: «Следует отметить, что вступившим в силу приговором суда… признаны виновными в лжепредпринимательстве, а также участии в организованной группе и осуждены Иванова Г. и Александров М., которые последовательно в ходе досудебного расследования и судебного рассмотрения дела указывали о совершении уголовных правонарушений в группе с Май В.Я.». И теперь мы точно «в тупике» — действует преюдиция или нет? А ведь если бы прокуратура нам четко, «по полочкам» все разложила по запросу, возможно вопрос и не встал бы таким образом. От их молчания, да в совокупности с ответом Генеральной прокуратуры, вопросов становится только больше.

Оставить комментарий

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha

Комментарии

Светлана

|

Я в шоке. Думала его сразу посадили а он еще и умудрился дальше свои дела продолжить. Таких пожизненно надо закрывать. Чтоб люди не страдали. Скольких же он обманул. Пальцев не хватит пересчитать.

Опросы

Как мой сайт?

Посмотреть результаты

Loading ... Loading ...